JoomlaTemplates.me by Discount Bluehost

Тенденции пост дефицита, потенциал и экономическая эффективность

Обновлено: 20.10.2018

Тенденции пост дефицита, потенциал и экономическая эффективность

Современная индустриальная цивилизация является ущербной из-за вынужденного сосуществования в ней двух универсальных, взаимопроникающих и в то же время несовместимых интеллектуальных систем. С одной стороны – это накопленные за последние четыре столетия знания о природе и взаимосвязях между материей и энергией, а с другой – денежно-кредитная культура, уходящая корнями в обычаи доисторических времён. [*]
М. Кинг Хабберт

Оценка проекта

Если обследовать поверхность современной планеты Земля, обнаруживается, что большая часть ее ландшафта покрыта сетью поселений, промышленных центров, транспортных путей, зон отдыха, сельскохозяйственных комплексов и т.п. Является ли это результатом какого-то общего системного подхода или нет, но на данный момент проект Земли выглядит именно так.

И вот тут встает вопрос: а существует ли этот самый проект, в принципе? Если учесть реалии современного мира, где всё подчинено интересам бизнеса, денежными потоками управляет исключительно личная или групповая корысть, в основе принятия всех решений лежит только прибыль и рентабельность, и этими же принципами регулируются имущественные взаимоотношения с окружающей средой, можно ли говорить о каком-то продуманном проекте? Или это просто механизм, благодаря которому некоторый проект получается сам по себе, уже постфактум[*], поскольку получаемый структурный результат не является в полной мере ожидаемым.

Другими словами, с технической точки зрения, порядок, который мы видим сегодня в мире, в основном является результатом финансовых процессов, которые практически не учитывают более масштабные структурные последствия. Это похоже на подмену[*][*]. И хотя можно привести условные исключения из этого правила, например, финансируемое городскими властями строительство автомобильных дорог, трубопроводов и т.п., размещение которых просто обязано учитывать физическую реальность, чтобы обеспечить их функциональность. Даже они неминуемо оказываются в рамках уже существующих имущественных прав или других форм вмешательства, что обычно снижает их качество и эффективность.

И вот что любопытно: стоит только осознать, что наше общество живет без какой-либо общей крупномасштабного проекта развития, как тут же становится очевидным, насколько недальновиден и технически неэффективен этот процесс, и сколько он приносит ненужных отходов.

Рассмотрим проблему подробнее, для этого остановимся на двух пунктах:

Существующие, но не применяемые решения

Первый пункт — о том, что в традиционной для сегодняшнего дня экономической модели прослеживается четко выраженная тенденция саботировать использование инноваций для решения существующих проблем [*]. А если новые методы и технологии, направленные на улучшение жизни, принимаются системой в течении длительного времени даже после всеобщего одобрения (или вообще не принимаются), то можно говорить о неэффективности и о наличии проблем в самом процессе внедрения и экономического развития.

Другими словами, вот этот временной зазор между появлением готовых, прошедших проверку технологических решений и их применением в реальной жизни, является, по сути, индикатором способности социально-экономической системы своевременно адаптироваться к прогрессу прикладных технологий. Если по какой-то причине существующая социальная система не в состоянии внедрять инновации для поддержания экологического баланса, для улучшения здоровья и благосостояния общества и для решения его насущных проблем, вероятнее всего, в этой системе заложена структурная ошибка [*].

Комплексный подход против спонтанной организации

Второй момент. С точки зрения логики и здравого смысла общий системный подход всегда более эффективен, чем спонтанные процессы, не устремленные ни к какому результату и не имеющие конкретной цели [*].

Например, такой товар первой необходимости, как автомобиль, имеет дизайн, который задумывается заранее, до его физического производства. Сначала разрабатывается детальный проект и только после этого следует фаза применения реальных материалов и процессов для создания конкретного физического продукта. Казалось бы, такая последовательность логична и понятна для всех, однако целесообразность этого подхода почему-то перестает быть очевидной, когда речь идет о решении более масштабных задач.

Попробуйте представить, какой получился бы результат, если бы псевдодемократические рыночные приемы торга, покупки и продажи с целью получения краткосрочной прибыли были бы применены (если такое вообще возможно) при разработке многокомпонентных систем высокой сложности. Например, самолета, компьютера, автомобиля, дома и так далее. Да, используемые материалы, труд и отдельные узлы этих объектов, безусловно, участвуют в открытом рынке. Но сами проекты — никогда.

Проектирование этих объектов отделено от рынка и полностью подчинено науке. Существует некая условная, проведенная чисто интуитивно линия раздела между тем, что может быть «монетизировано», и тем, что необходимо для поддержания базового технического уровня работы системы (здесь важно не путать понятие проекта с понятием дизайна. Мы говорим не об эстетических, а о технических аспектах проектирования).

Представьте себе, гипотетически, если бы в процессе проектирования дома и выбора деталей конструкции люди руководствовались бы не научными принципами, а законами спроса и предложения. То есть, вместо того, чтобы опираться на основные законы физики и естествознания, которые определяют конструктивную целостность любого здания, мы предоставили бы его разработку рынку, где каждый может купить и продать любые помещения для своей личной выгоды, не обременяя себя техническими нюансами. Разумеется, такая идея выглядит абсурдной, и большинство читающих этот текст, скорее всего, не сможет представить себе этот иррациональный сценарий даже гипотетически.

Между тем, это именно то, что происходит в результате действия нашей экономической системы в других, менее показательных ситуациях. Один из примеров, наглядно демонстрирующих подобную неэффективность — глобальная (макроэкономического масштаба) и весьма экономически выгодная коммерческая сеть, созданная путем так называемой глобализации [*], которая, помимо прочего, использует дешевую рабочую силу в отдаленных регионах [*], при этом тратя массу энергии на перемещение ресурсов туда и обратно по всему миру [*].

С точки зрения планового проектирования, которое предполагает более логичную локализацию трудовых ресурсов, производства и распределения, глобализация, в том виде, как она существует сегодня – самый неэффективный вариант из всех. Это никоим образом не перечеркивает роли и значения идеи глобализации и интеграции международных экономик для эволюции экономики в целом и для мирового индустриального развития. Однако если мы выйдем за пределы рыночной логики и изучим возможности проектирования более технически эффективных и локализованных систем в пределах глобальной концепции напрямую, то легко обнаружим, что ныне действующая система не только ущербна, но еще и агрессивна.

В микроэкономическом масштабе это можно проиллюстрировать в связи с неэффективностью, присущей качеству базовых компонентов производимых товаров, причина которой — в стремлении к экономической эффективности. То есть, к созданию так называемого «лучшего» с наименьшими затратами (которое, понятное дело, ни разу не лучшее).

Можно спроектировать идеально эффективный с технической точки зрения ноутбук. Однако, если использовать при этом материалы не слишком высокого качества, то, независимо от того, насколько прекрасным был исходный проект, ноутбук будет работать хуже и, скорее всего, сломается быстрее, чем если бы тот же проект был оптимизирован для использования материалов, максимально эффективных с технической точки зрения, а не тех, которые были выбраны по принципу рыночной эффективности [*].

Еще одним примером является феномен рынка собственнических технологий[*]. На первый взгляд, это благо, обеспечивающее нам огромное количество и разнообразие полезной продукции. Однако на деле такое количество конкурирующих товаров означает лишь расточительность[*], а кроме того, проблемы конструктивной несовместимости между деталями товаров одного и того же вида, но разных производителей.

Иными словами, конкурирующие корпорации стремятся создавать собственные системы (компьютерные, например, включая все сопутствующие компоненты), которые несовместимы с разработками других производителей той же отрасли. Универсальная совместимость [*], а вернее, ее отсутствие – еще один побочный продукт рыночной подмены и пример того, насколько неэффективна система крупных партий товара и насколько огромны ее отходы. И этот же принцип мы наблюдаем в процессе развития поколений систем коммерческих продуктов (по-другому — линеек), когда улучшения вносятся в конструкцию, по сути, без необходимости, а только ради того, чтобы компоненты стали как бы «устаревшими», и потребитель был бы вынужден делать новые покупки [*].

И здесь крайне важно отметить, что в закрытой системе планеты Земля, при наличии общих планетарных ресурсов, никакой «собственный продукт» не может существовать в принципе. Конструкции изделий вместе с технологиями их производства появляются не в вакууме. А каждый новый товар, включая процесс его производства, всегда является обновлением и шагом вперед для всей отрасли. Да что там говорить — любые проекты, любые материалы имеют смысл только в масштабе всей отрасли, при условии управления ресурсами на всех уровнях. Однажды осознав это, вы уже не сможете отделаться от мысли, что промышленность (и, следовательно, сама экономика) – это единый системный процесс для обеспечения максимальной технической эффективности.

Всё вышеперечисленное, включая первый пункт (где мы касались вопроса о том, почему некоторые возможности не претворяются в жизнь, хотя на данный момент они вполне осуществимы) станет предметом этого очерка. Кроме того, в нем мы рассмотрим общественно значимые технологические тенденции и проектные мощности, которые при правильном применении могли бы радикально трансформировать мир, приведя его к обществу постдефицита. Это был бы совсем неплохой расклад, он решил бы подавляющее большинство мировых проблем, к которым мы давно привыкли и уже не замечаем.

Скажем больше: ДДВ убеждено, что, во-первых, ныне действующая экономическая модель блокирует или существенно замедляет технологические прорывы (в силу самой природы бизнеса и встроенного в него принципа сохранения неэффективности ради прибыли истеблишмента) [*], а во-вторых, разобщенный и изолированный характер рыночной активности не подразумевает никаких конкретных действий, направленных на выявление и решение существующих проблем и, в принципе, на улучшение ситуации [*].

Эффективность проектирования

Если разложить на составные части бремя проблем нашего сегодняшнего бытия с целью выяснить, что сегодня является наиболее важным для выживания, стабильности и процветания человечества, то на ум приходят три основные вещи: наука, законы природы и ресурсы. Наука — это механизм поиска знаний и их проверки; законы природы — существующий по умолчанию набор правил, которые мы непрерывно изучаем с помощью науки и адаптируем под себя; под ресурсами же имеется в виду как природное сырье, так и потенциал человеческого разума. В контексте проектирования или промышленного дизайна [*] все три эти атрибута незаменимы и неотделимы друг от друга.

В рамках нашего очерка термин проектирование, будет использоваться для обозначения экономически ориентированного процесса производства во всех его аспектах, начиная с создания отдельного продукта и заканчивая тенденциями мировой экономики в целом. Во многом, история проектирования – это и есть подлинная история экономического развития. Учитывая, что каждое очередное научное открытие приводит нас к новым логическим выводам по поводу того, как наилучшим образом использовать наши ресурсы и время, совсем не удивительно, что глобальный ландшафт (как физический, так и культурный), постоянно претерпевает изменения.

В общем, если говорить по существу, цель проектирования — это эффективность, которая, в свою очередь, может быть рассмотрена в трех основных контекстах: (а) эффективность труда, (б) эффективность материалов и (в) системная эффективность.

(a) Эффективность труда имеет уникальную историю. В начале 20-го века произошел довольно стремительный переход от доминирующего использования в качестве главного источника рабочей силы мышц человека и животных — к использованию машин. Благодаря этому явлению (которое называется механизацией), рабочая сила поднялась на новую ступень, сменив тяжелый ручной труд на труд с использованием механизмов.

Развитие в этом направлении продолжалось вплоть до конца 20-го века, и уже на этом этапе машины справлялись не только с перемещением тяжелых грузов и выполнением сложных физических действий, но шли в ногу с компьютеризацией и развитием искусственного интеллекта (ИИ) то есть, фактически, могли сами принимать решения. Практика показывает, что сегодня эта тенденция только растет (и, судя по всему, будет расти и дальше), поскольку современные машины со значительно большей производительностью выполняют подавляющее большинство действий, которые ранее выполнялись людьми [*]. ДДВ считает, что если этой тенденцией правильно распорядиться, то она станет мощным потенциалом, с помощью которого человеческий вид сможет сделать всё возможное для удовлетворения потребностей всех людей и одновременно с этим добиться небывалого ранее уровня человеческой свободы [*].

(б) Эффективность материалов — это про то, насколько грамотно мы используем сырьевую базу Земли. Наука о природных материалах (или материаловедение) [*] также имеет уникальную историю, каждый период которой открывает новые образцы и возможности. Например, чрезвычайно важной ее частью с исторической точки зрения явилась металлургия — область разработки материалов, которая изучает физическое и химическое поведение металлов и их соединений [*]. С ее появлением открылся широкий спектр возможностей для создания соединений и сплавов, примером реализации которых стал так называемый бронзовый век [*] — период в Европе около 3200-600 гг. до н.э., характеризовавшийся активным использованием меди и ее сплава бронзы для самых различных целей.

Однако самым важным открытием в развитии материаловедения (а возможно, и в истории человечества, как такового) стало описание набора химических элементов, составляющих всю известную нам материю. Это описание существует в виде периодической таблицы, и по состоянию на 2013 год в ней содержится уже 118 элементов, 92 из которых имеют естественное происхождение [*]. Все эти химические элементы являются кирпичиками, из которых построен весь наш осязаемый мир, но главное — каждый их атом обладает определенными свойствами, а значит и специфическими особенностями применения.

Это открытие, стоящее особняком по отношению ко всей совокупности знаний, полученных человечеством ранее [*], не только позволило глубже осознать возможности химии в создании невероятно широкого спектра материалов для максимально эффективного промышленного использования, но и спровоцировало мощный скачок в понимании самой природы материи, открыв перспективы манипуляций на атомном уровне.

Нанотехнология [*], которая пока еще находится в зачаточном состоянии, даже в виде теории выглядит вполне серьезно: это возможность сборки и разборки различных материалов и даже систем материалов (то есть по сути — товаров) на атомном уровне или в его пределах [*].

Разумеется, до этого еще пока далеко, и на текущий момент нанотехнологии применяются, в основном, когда речь идет о так называемых умных материалах [*] или метаматериалах [*]. Как будет отмечено и далее в нашем очерке, текущее состояние и тенденции развития материаловедения таят в себе серьезные возможности для настоящего и будущего.

(c) Системная эффективность — это, наверное, самое важное из понятий, каким бы абстрактным оно ни казалось. По сути, все, что мы знаем, является либо системой, либо взаимодействием двух или более систем. Чтобы понять, что такое системная эффективность, достаточно представить себе любое обыкновенное действие и подумать о том, как это действие может, к примеру, уменьшить количество отходов (или увеличить какую-нибудь производительность, неважно чего). Ну, то есть подумать о нем не только в контексте его самого. Увы, для большинства понятие системы — это нечто туманное, потому что, как правило, люди рассматривают большинство функций и процессов строго в пределах их прямого предназначения.

Например, когда мы представляем себе современный фитнес-центр (или тренажерный зал) — помещение, в котором много людей одновременно занимаются на тренажерах, мы думаем только об основной функции этого учреждения, то есть, о том, как с помощью тренажеров максимально эффективно содействовать интересам здоровья этих людей и т.д. Гораздо реже мы думаем шире, например: а что, если бы все эти люди, которые бесконечно что-то толкают, тянут и крутят педали, передавали бы эту энергию в систему преобразования, и тогда здание могло бы полностью или частично работать на полученной таким образом электроэнергии [*]?

Именно этот образ мыслей лежит в основе принципа мировоззрения, который называется системный подход. И можно хорошим способом его понимания является взгляд синергию самой природы. В биосфере Земли (если исключить из нее вмешательство человека) не существует такой вещи, как отходы. Практически всё, что мы видим в природе, глубоко интегрировано в нее и находится в равновесии, просто в силу того, что механизм совершенствования заложен в саму эволюцию.

Это очень ценное наблюдение, и здесь было бы уместным вспомнить термин биомимикрия [*], поскольку, во многом, наше развитие как вида происходит путем извлечения опыта из уже существующих естественных процессов — при всей кажущейся независимости от них. То есть, для обеспечения стабильности и эффективности главной общественной задачей должна стать стратегия содействия максимально оптимизированному взаимодействию, а кроме того, в идеале — повторное использование всего и на всех уровнях, как это происходит в природе.

Господствующие и потенциальные тенденции

В современном мире действуют две главных, базовых тенденции – господствующая и потенциальная (в рамках нашего очерка мы будем называть их так). Господствующая тенденция — это набор социально-экономических реалий, которые действуют на момент написания настоящего документа и демонстрируют почти полную несостоятельность в контексте общественного здоровья и экологического равновесия [*]. Потенциальная же тенденция нацелена на улучшение жизни и достижение баланса, которые вполне могли бы стать реальностью при условии серьезных социальных изменений. Как уже отмечалось ранее, эти две тенденции действуют в системном противоречии друг другу.

О том, каково на текущий момент состояние дел в обществе, мы поговорим подробно в очерке «Социальная дестабилизация и переход». Однако следует отметить, что, обсуждая здесь экономическую эффективность и давая ей определения, мы далеки от мысли, чтобы рассматривать, а тем более отстаивать ее в контексте улучшения мира, делая вид, будто это возможно на фоне существующего сегодня мироустройства. Напротив, мы убеждены, что если мы хотим добиться стабильности в мире (живущем сегодня по бесчеловечным законам), то базовые установки должны быть полностью пересмотрены.

А учитывая тот факт, что, согласно прогнозам, население планеты к 2050 году перешагнет 9 миллиардов человек [*] (и это неминуемо повлечет за собой нехватку пищи [*], воды [*] и энергии [*]), стоит говорить даже не об улучшениях, а о том, чтобы кардинально поменять курс. ДДВ убеждено, что если мы продолжим следовать нынешней, так называемой господствующей тенденции – с его недальновидной рыночной системой и всем, что к ней прилагается, то человеческая культура не только никогда не сможет выйти на конструктивные рельсы потенциальной тенденции, но и усилит свою дестабилизацию.

Концепция пост-дефицита

В этом разделе мы, представив всю необходимую статистику и тенденции, покажем, какими путями мировое сообщество могло бы прийти к социальной системе пост дефицита [*]. Несмотря на то, что в условиях замкнутой системы земных ресурсов дефицит как явление, в той ли иной степени, будет сопутствовать человечеству всегда, дефицит на уровне человеческих потребностей и базового материального благополучия больше уже не в состоянии питать рыночную систему и ее способы распределения [*].

Суть в том, что надежность ценовой системы и рынка обеспечиваются как раз-таки дефицитом — ведь при его наличии никакой другой подход просто не работает. Схема такая: поскольку не каждый может иметь X, то X является дефицитом, а значит, у людей должны быть деньги (или их отсутствие) чтобы отделить тех, кто получит X, от тех, кто нет.

Проблема с этого допущения — в том, что оно не учитывает один момент: как некоторые ресурсы (а значит и товары) могут быть более значимыми, чем другие, в случае, если это касается здоровья людей. Одно дело, когда в дефиците роскошный автомобиль, который нужен его владельцу в большей степени для статуса, чем в качестве средства передвижения – и совсем другое, когда дефицитом становятся товары, жизненно необходимые для здоровья и удовлетворения базовых потребностей, например, еда. Это несравнимые вещи, и это не может быть оправданным в контексте реальной жизни. Проблемы удовлетворения чьего-то эго (когда базовые потребности этого кого-то удовлетворены, и он вполне мог бы без данного продукта обойтись), не сопоставимы с проблемами тех, для кого этот продукт является вопросом жизни и смерти. Нельзя приравнивать такие потребности друг к другу, даже теоретически. Увы, именно это и делает рыночная система.

И именно этот разрыв между большим богатством и материальным неблагополучием [*] порождает социальную дестабилизацию. Практически все общественные протесты и революции, случавшиеся за последние пару веков так или иначе связаны с социальным дисбалансом, эксплуатацией и классовыми различиями [*]. И здесь же следует искать корни преступности, терроризма, наркомании и других социальных проблем. Практически все эти явления возникают в результате каких-либо лишений, а все эти лишения разной степени и глубины присущи природе общества, основанного на конкуренции и дефиците.

Таким образом, система, в которой экономика сведена к банальной торговле, а любой уровень дефицита оправдывается рыночной необходимостью, ценообразованием и распределением денежных средств, полностью блокирует естественный путь к социальной гармонии, стабильности и здоровому обществу. Вряд ли можно считать разумной ситуацию, когда технические возможности позволяют обеспечить материальное благополучие для 80% человечества, а доступно оно лишь для 10% (как это происходит сегодня) — просто на основании того, что не каждый может владеть особняками по 500 комнат. Опять же, абсурдность такого системного подхода становится очевидной, стоит только применить его в контексте здравоохранения и социальной стабильности.

Можно привести целый список жизненно важных реалий, которые уже сегодня доступны населению планеты, но остаются незадействованными из-за сдерживающих факторов, присущих рыночной экономике. Давайте рассмотрим каждый его пункт по отдельности.

1) Производство продуктов питания: Современная индустрия питания производят столько еды, что ее уже сейчас более чем достаточно, чтобы накормить всех людей на земле. Тенденция же к появлению новых усовершенствованных технологий и сельскохозяйственных приемов означает, что в перспективе эффективность производства и качество питания будет только возрастать, двигаясь к стабильному изобилию параллельно с уменьшением затрат человеческого труда, энергии, воды и почв.

2) Питьевая вода: В наше время процессы опреснения и очистки воды достигли таких технических возможностей, что любой человек, в каком бы уголке земли он ни находился (и каким бы высоким ни был там уровень загрязнения), может быть обеспечен чистой питьевой водой.

3) Энергия: Широкое внедрение геотермальных, ветровых, солнечных и гидроэнергетических источников в сочетании с систематизацией процессов улавливания выделенной энергии и повторного ее использования могло бы обеспечить абсолютное энергетическое изобилие, во много раз превышающее энергетические потребности нынешнего населения мира.

4) Материальное производство и доступа: Сегодня диапазон материального производства, начиная со строительных объектов и транспорта и заканчивая повседневными товарами, представляет собой прочный конгломерат средств производства, товаров потребления и человеческого труда. Очевидно, что если объединить все виды производства в единую систему, оптимизировать процессы регенерации и осуществить полный переход от системы прав собственности к системе прав доступа, то всё изобилие товаров (в виде услуг) будет принадлежать 100% населения нашей планеты в режиме доступа по необходимости.

Просмотров: 88